Еще про малоизвестное творчество Кристофера Рена.
Монумент Великому пожару 1666 года.
Это несколько более поздний образец творчества архитектора, но он так же интересен, как пример нетривиального подхода к решению сугубо архитектурной задачи.
В начале сентября 1666 г. великий пожар разрушил весь центр британской столицы. «Рука не поднимается достоверно описать скорбное положение, которое принес самый разрушительный пожар из всех, что видела Англия» – восклицал немецкий путешественник, оказавшийся тогда в Лондоне. «Не было такого пожара со времени разрушения Иерусалима и не будет впредь до последних времен; казалось, наступил день Страшного суда». Людовик XIV в Версале, когда узнал о пожаре, сказал, несмотря на то что Франция находилась в состоянии войны с Англией: «Это разрушительное происшествие, заставляет несправедливо страдать слишком много бедных людей», и приказал послать помощь.
Это событие, прямо или косвенно задевшее всю Европу, началось рано утром 1 сентября 1666 г. с неосторожности булочника, жившего в Сити. Из-за поднявшегося сильного восточного ветра пламя быстро распространялось. Рядом находились склады угля, древесины, масла, а в погребах у ремесленников - бочки спирта. Вскоре горящая колокольня церкви Святого Магнезия оповестила город о беде. Король, находившийся в Вестминстерском дворце, узнав о пожаре приказал лорду-мэру разрушить дома, которые находились вблизи от горящих зданий, но приказание не было выполнено. Пожар разрастался и ситуация в городе стала неуправляемой. Обстоятельства могли сложиться еще хуже, если бы не решительные действия короля, который отправил на борьбу с пожаром все, находящиеся в его распоряжении войска. Король и его брат находились на горящих улицах, заботясь о спасении жителей. Тем не менее, город продолжал погибать. Лишь ночью на четвертые сутки ветер стих и наступило затишье, которое позволило потушить пожар.
Предположительно более 200000 людей остались без крова. Сгорело 13200 жилых домов, здания 44 городских цехов, собор Святого Павла и 87 приходских церквей. Всеобщая сумма ущерба, объявленная после пожара, составляла 100 миллионов фунтов. Годовой государственный бюджет Англии в то время был меньше миллиона фунтов. Точнее всего настроение лондонцев в тот момент передает запись из дневника Джона Эвелина: «Я оставил город...горящим, напоминающим Содом или день Страшного суда...Лондон был, но его больше нет».
Ровно через пять дней после Великого пожара, когда уголья на месте лондонских кварталов еще дымились, 11 сентября Кристофер Рен пред¬ставил королю проект реконструкции Лондона – всего на один день упредив лорда Эвелина, идеи которого во многом совпадали с реновскими. В тот же день вышел королевский указ, где среди прочего, говорилось о том, что город будет восстановлен в кирпиче и камне с более широкими улицами, что должен быть произведен осмотр и принят новый план для восстановления территории пострадавшей во время пожара.
Была создана комиссия по восстановлению Лондона, и естественно, что Рен был приглашен в состав назначенной королем комиссии из шести человек, включая трех представителей городских корпораций. Не приходится удивляться тому, что он выдвинулся на ведущую позицию в работе комиссии и — при поддержке лорда Эвелина — в 1669 г. (он все еще являлся профессором астрономии в Оксфорде) был назначен на должность Генерального инспектора и вместе с тем Главного архитектора Лондона. В состав комиссии кроме Рена вошли еще два человека короля, среди которых были: Хью Мэй и Роберт Пратт, и три человека представлявшие город: Роберт Гук, Эдвард Джерман и Питер Милс.
( много букв )